|
Пять, нескончаемых пять лет. оставался Андрей Карлов военнослужащим
срочной службы в Группе Советских оккупационных войск в Германии. Пять долгих
лет он крутил баранку, исколесив дороги Германии и Чехословакии. Служба сложилась
удачно. Четыре года он прослужил шофером у командира части полковника Нестерова
Леонида Ивановича, который по-отцовски привязался к парню, терпеливо учил
хорошему и великодушно прощал шалости и промахи. Полковник сразу уловил тягу
парня к автомобилю, стремление ездить головокружительно быстро, но с тонким
расчетом и уверенностью, основанными на знании возможностей автомобиля и умении
распорядиться этими возможностями. А ездить приходилось много но разным дорогам
и бездорожью, на разных машинах, от маленького "Опеля" gо представительного
восьми цилиндрового " Хорьха".
Андрей любил дороги и с охотой соглашался ехать с кем угодно и куда угодно.
Особое наслаждение доставляли поездки в плохую погоду. Чем гуще туман, чем
непрогляднее косой осенний дождь, чем злее снежная вьюга, тем ярче светились
азартом глаза Андрея, тем отчетливее стучало сердце в груди, тем мягче и точнее
становились его движения и нередко казалось, что автомобиль как-то чувствует
уверенность водителя и. почти не снижая скорости, несется в самом пекле ненастья.
Было ли основано это мастерство на знании теории движения автомобиля или научно
обоснованных приемов вождения? Все его умение складывалось только из
прирожденных способностей к сложно координированным движениям в сочетании со
способностью перерабатывать и фильтровать большой объем сложной информации, да
еще страстная ненасытная потребность ездить, много, очень мною ездить, все
усложняя режимы и маневры.
Как ни парадоксально, но Андрей Карлов, сохраняя на всю жизнь преданную и
верную любовь к автомобилю, никогда не стремился сделать это увлечение своей
специальностью, профессией. И как только были подписаны документы на
демобилизацию он, не дожидаясь завершения лечения в госпитале, куlа он попал после
перелома ноги на строительстве летних лагерей, заторопился домой, в школу. Ему
страстно хотелось за парту, к учебникам, к тому, от чего его так безжалостно оторвала
война.
Он уговорил директора вечерней школы рабочей молодежи записать его в
десятый класс, хотя на руках было свидетельство об окончании только седьмого
класса Правда, полгода, которые пришлось провести в госпитале, чтобы залечить
остеомиелит, вынудили его в середине зимы пересесть в девятый. Но он с прежним
азартом и настойчивостью вгрызался в учебники, стараясь наверстать упущенное. А
когда через два года в руках засверкала золотая медаль об окончании десятилетки, он
вспомнил свою детскую мечту об авиации и поехал поступать в Московский
авиационный институт, чтобы стать авиационным инженером, если теперь с
искалеченными ногами не мог стать летчиком.
Начало статьи: Школа шоферного умения для Андрея Карлова
|
